опрос

Оцените внешнее благоустройство учреждений культуры района (чистота и освещенность территории)
 

фотогалерея

поиск по сайту

праздники

Праздники России

погода

файлы

Яндекс.Метрика
Участники войны 1812 года братья Остафьевы
достопримечательности - славные имена

Остафьевы

«Я занялся моими делами, перечитывая Кольриджа, сочиняя сказки и не ездя по соседям» — так описывал свой образ жизни во время первого посещения Болдина в 1830 году Александр Сергеевич Пушкин 1. Однако были и исключения. Известно, например, что поэт посещал своих ближайших соседей: вдову-генеральшу Н. А. Новосильцеву, урожденную Остафьеву, с ее взрослыми сыновьями и дочерьми, а ее брат Д. А. Остафьев 26 ноября 1830 года навестил Пушкина в Болдине 2.
Из рода Остафьевых, как и Пушкиных,— бояр, стольников и воевод московских — вышли одни из первых помещиков, колонизовавших мордовские земли вокруг Арзамаса. От Ивана Грозного получил еще в 1575 году арзамасский дворянин Елизар Остафьев деревню Инкино с выморочными мордовскими землями вокруг. Его правнук царский стольник и стрелецкий голова Родион Остафьев награжден в конце XVII века царевной Софьей обширными землями в Алатырском и Арзамасском уездах.3 Прадед тех Остафьевых, чей жизненный путь соприкоснулся с поэтом, был капитан-поручиком любимого Петром Преображенского, бывшего «потешного», полка, дед — капитаном Смоленского полка при Екатерине II, отец —артиллерии поручиком при Павле. Уйдя в отставку, этот поручик — Алексей Петрович Остафьев — стал Сергачским уездным предводителем дворянства, положив начало целой «династии» уездных предводителей в Нижегородской губернии. У него-то и родилось пятеро детей, по крайней мере двоих из которых хорошо знал Пушкин.
Дочь свою Наталью А. П. Остафьев выдал за бригадного генерала Петра Александровича Новосильцева, богатого помещика Сергачского уезда, владельца соседнего с Болдином большого села Апраксина, названного по фамилии сподвижника Петра I Ф. М. Апраксина, который поселил на пожалованные ему земли своих крестьян. Ко времени приезда Пушкина в Болдино генерал скончался, а его владения были разделены между двумя сыновьями. В апраксинском имении осталась жить Наталья Алексеевна с сыном и дочерьми. Судя по воспоминаниям, поэт любил эту семью, «в особенности хозяйку дома, милую и добрую старушку». Внучатый племянник апраксинской хозяйки А. П. Остафьев писал в краткой семейной хронике, что Наталья Алексеевна «была другом великого поэта нашего А. С. Пушкина», и зафиксировал семейное предание о том, что покойный генерал «Новосильцев послужил А. С. Пушкину, как говорят, отчасти типом Троекурова в „Дубровском”»4.

Возможно, в одной из бесед с Александром Сергеевичем вдова рассказывала о покойном супруге, и скорее всего речь шла не о его военной карьере, а о помещичьей жизни в усадьбе, любимых занятиях, склонностях и нравах...

Интересно отметить, что, по свидетельству того же А. П. Остафьева, внучка Натальи Алексеевны вышла замуж за Анатолия Львовича Пушкина, племянника А. С. Пушкина. В родословной книге дворян Нижегородской губернии жена Анатолия Львовича не названа 5. Но в формулярном списке о его службе 6 мы нашли указание на то, что его женой была Ольга Александровна Александрова — «купеческая сестра». Ей принадлежало 460 дес. у села Александровки Сергачского уезда, бывшей вотчины Новосильцевых. Видимо, одна из дочерей Н. А. Новосильцевой вышла замуж за купца, и ее внучка, следовательно, уже не принадлежала к потомственному дворянству, хотя и унаследовала часть земель имения.
В Апраксине часто бывали и братья Натальи Алексеевны, проживавшие в родовом имении Инкино Княгининского уезда. Большое Болдино и Апраксино стояли невдалеке от почтового тракта, идущего из Москвы через Арзамас в Симбирск, а Инкино — на торговой дороге из Нижнего Новгорода в тот же Симбирск.
Дороги соединялись неподалеку от Апраксина.
Все четверо братьев Остафьевых были офицерами и участниками Отечественной войны 1812 года. К ее началу трое старших сыновей Алексея Петровича Остафьева прошли типичный для поместных потомственных дворян путь: сначала рядовыми в гвардии, затем офицерами в армии, а дослужившись до первых офицерских чинов, уходили в отставку. Так, Дмитрий определен был в гвардейский полк в 1795 году, то есть 17
лет, через два года переведен в армейский полк с чином прапорщика, еще через два получил следующий чин подпоручика и вскоре ушел в отставку 7. После отставки старший брат Петр пошел служить заседателем палаты гражданского суда в Нижнем Новгороде 8. Дмитрий, а через несколько лет и Алексей уехали на «батюшкины» хлеба в Инкино. Четвертого брата Рафаила начало Отечественной войны 1812 года застало в регулярной армии. До этого он во время русско-турецкой войны 1806—1812 годов воевал за Дунаем.
Поручик Петр, подпоручик Дмитрий и поручик Алексей Остафьевы вступили в нижегородское ополчение в один день—1 сентября 1812 года 9. Все трое зачислены были в 4-й пехотный Нижегородский полк, состоящий в основном из воинов Лукояновского и Княгининского уездов. Дмитрий и Алексей были назначены сотенными 2-го батальона. Считаясь «сотенным начальником» того же батальона, Петр Остафьев выполнял обязанности полкового казначея, которым он, видимо, был назначен с учетом его гражданской должности судебного заседателя.
Боевое крещение нижегородские пешие полки приняли 5 октября 1813 года, участвуя в штурме саксонской столицы Дрезден. Они были в первой линии у деревни Плауэн. Дмитрий Алексеевич Остафьев находился в передовой линии стрелков. Вот как описывается его геройское поведение в приказе по корпусу генерала П. А. Толстого:
«Подпоручик 4-го Нижегородского полка Остафьев, находясь в стрелках 5 октября, отличным мужеством весьма много содействовал к отражению неприятеля и наносил ему большой вред»10.
За этот бой Д. А. Остафьев был награжден орденом Анны 3-го класса. После взятия Дрездена он был назначен плац-адъютантом, то есть помощником плац-майора, что по современным понятиям означает – заместитель военного коменданта города. Из семейной хроники известно, что он дошел до Парижа11.
Петр Остафьев отличился в знаменитой «битве народов» под Лейпцигом и был награжден за геройство орденом.
Нижегородские ополченцы, действуя на территории Германии в составе «польской армии», не раз отмечались ее командующим. Так, в приказе по армии от 31 мая 1814 года граф Бенигсен объявил проходившим через Гамбург нижегородцам благодарность «за совершенную исправность во всех частях»12. Свой скромный вклад в поддержание «исправного» состояния 4-го пехотного полка внес и его полковой казначей П. А.Остафьев.
После окончания войны ополчение было распущено. «Бородатые воины», как с опаской их называли французы, вернулись по деревням без «вольной», на которую так надеялись. Лишь награжденные медалями и получившие чин урядника располагали небольшой пенсией. Остафьевы же привезли из Дрездена и Парижа картины, бронзовые изделия, мебель в стиле рококо, свои портреты на слоновой кости, ценные книги и даже орган красного дерева. Все это они разместили в 40 комнатах инкинского дома.
Четверо вернувшихся братьев зажили по-разному. Капитан Р. А. Остафьев, получивший в битве при Березине пулевое ранение и награжденный боевым орденом за бои в Пруссии, «жил очень широко: он любил большие охоты осенью (с гончими и борзыми более 200—300 собак), содержал очень большую дворню (отличные столяры и резные мастера, театр, оркестр, балет и т. д.) в доме в Богоявлении (подмосковное имение.— В. Н.), отчасти в Инкине и Погиболке, любил редких соловьев и вообще певчих птиц (целые комнаты в его доме в Нижнем и Москве), имел страсть к лошадям»13 и т. д. Был избран в губернскую дворянскую депутатскую комиссию, прерогативой которой была запись в родословную книгу, а в 1834—1837 годах был княгининским уездным предводителем дворянства.
Три офицера-ополченца вели более скромный образ жизни, существуя за счет доходов с инкинского имения. Они были типичными уездными помещиками среднего достатка. После смерти отца в 1821 году Петр и Алексей постоянно жили в Инкине, Рафаил приезжал к братьям. Петр ушел в чтение, собрал обширную большую библиотеку, Алексей занимался хозяйством. Что касается Дмитрия Алексеевича, то он получил свою долю наследства в соседней с Инкином деревне Погиболке, где стал строить дом и церковь. Этой временной неустроенностью, возможно, и объясняется его проживание у сестры в Апраксине. Место жительства Остафьевых в октябре 1830 года фиксируют списки дворян Княгининского и Сергачского уездов, составленные на случай их мобилизации для борьбы с холерой. Согласно этим документам Рафаил, Петр и Алексей жили в Инкине Княгининского уезда14, а Дмитрий—в селе Апраксине Сергачского уезда15. Причем Д. А. Остафьеву была определена должность попечителя 6-го отделения уезда, тогда как владельцу Апраксина Н. П. Новосильцеву — попечителя всего лишь участка в этом отделении, хотя Новосильцев был на чин старше подпоручика Остафьева. Это говорит о том, что Дмитрий Алексеевич проживал тогда в Апраксине постоянно, не считая, конечно, его неизбежных выездов в свою Погиболку, а также визитов к соседям. Что касается визитов, то совершать их он, как и его братья, был большой охотник.
«Часто к себе принимали приезжающих к ним родных и друзей и сами ездили по окрестностям»,— читаем в семейной хронике16. Внучатый их племянник характеризует братьев как высоких и красивых людей, общительных и веселых.
Жизнь одного из них — Дмитрия — пересекалась с жизнью А. С. Пушкина.
Отпрыск старинной боярской и дворянской фамилии, герой и брат героев Отечественной войны, ход которой так волновал юного поэта, брат симпатичной Пушкину хозяйки соседней усадьбы, сосед-помещик, устраивавший дела со своим имением, что тогда тоже заботило Александра Сергеевича, и, наконец, просто живой и приятный человек — таков Дмитрий Алексеевич Остафьев.
Вероятно, они познакомились до этого визита в Апраксине. Тем для разговоров у них было предостаточно. Но было и еще одно обстоятельство— альбом Д. А. Остафьева. 52-летний боевой офицер, образованный человек, Остафьев, конечно, понимал, что едет к великому русскому поэту, и хотел оставить потомкам память об этом первом визите. Можно предположить, он хотел сделать приятное Александру Сергеевичу, показав ему собственноручно вписанные рукой его дяди Василия Львовича стихи.
Выбор Александром Сергеевичем для записи в альбом стихотворения Державина о злом роке судьбы объясняется обычно скорбью по недавно скончавшемуся Василию Львовичу. Но могла быть и другая тема разговора, напомнившая слова о том, что река времени «топит в пропасти забвенья народы, царства и царей». Перед поэтом сидел живой свидетель исчезновения марионеточного герцогства Варшавского, королевства Неаполитанского да и самой казавшейся непобедимой империи Наполеона...
Остальные после встречи с А. С. Пушкиным 15 лет своей жизни Д. А. Остафьев посвятил хозяйственной деятельности в Погиболке. Им в январе 1841 года была опубликована в петербургской официальной «Земледельческой газете» до сих пор никем из исследователей не использованная статья, которая характеризует Дмитрия Алексеевича как рачительного и предприимчивого хозяина, очень далекого от помещиков маниловско-обломовского типа. Это единственное дошедшее до нас произведение Д. А. Остафьева называлось «Урожай в частном имении (д. Погиболка)»17 и было по тем временам очень актуальным. Дело в том, что в 1839 и 1840 годах в Центральной России был голод из-за гибели озимой ржи.
Дмитрий Алексеевич пишет, что «рожь прошедшею весною в нашем крае совершенно пропала». Надо было срочно перепахать озимые поля и «обсеменить» яровые. Но «оказался у многих недостаток в яровых семенах», цены на них «возвысились дочрезвычайности», что «заставило приуныть здешних жителей». У запасливого же помещика «с божьей помощью» семена нашлись. Остафьев посеял овес, ячмень, пшеницу, просо, гречиху, горох, лен и коноплю на 83 десятинах. Посеянная на 26 десятинах рожь опять не родилась, дав в 10 раз меньше, чем было посеяно. Зато пшеницы он получил «сам 8», а овса «сам 14». Большое количество овса, а также наличие льна («волокна намято 20 пудов») и конопли говорит о товарном хозяйстве Остафьева.
О соседних помещиках и крестьянах он сообщает, что они «не только обсеменили новою рожью поля свои, но у некоторых осталось несколько ржи и на продовольствие, таких однако же очень мало».
Речь идет об основной продовольственной культуре крестьян.
Д. А. Остафьев здесь прямо и честно указывает на бедственное их положение.
К середине 40-х годов XIX века все трое бывших ополченцев Остафьевых скончались (Дмитрий Алексеевич умер 16 июня 1846 г.). Они оставались холостыми. Алексей завещал Инкино племяннику Петру Рафаиловичу, а от того оно перешло к последним инкинским помещикам из рода Остафьевых Петру Петровичу и Алексею Петровичу (автору цитированной выше семейной хроники). Оба они являли собой характерных представителей полукрепостнического дворянства, существуя за счет кабальной аренды.
Погиболка после смерти Д. А. Остафьева отошла к Рафаилу Алексеевичу и вместе с другими землями была разделена между остальными его детьми. Они разорялись, не будучи способны противостоять натиску капиталистических отношений в сельском хозяйстве. Лишь один из внуков Р. А. Остафьева сумел приспособиться к новым условиям. Это помещик Нижегородского уезда и заметный в дореволюционном Нижнем Новгороде либерального направления общественный деятель Александр Алексеевич Остафьев.

ПРИМЕЧАНИЯ

1.Пушкин А. С. Поли. собр. соч. В 6-ти т. Т. 5. М., 1-950, с. 535.
2.См.: Левина Ю. И. Пушкинское Болдино. Горький, 1974, с. 88—90.
3.ГАГО, ф. 639 (Нижегородского губернского дворянского собрания), оп. 125, д. 6501, л. 38—39.
4.Там же, ф. 1830 (личный фонд Остафьевых), оп. 817а, д. 4, л. 24.
5.Там же, ф. 639, оп. 125, д. 6541, л. 129.
6.Там же, ф. 646 (Лукояновского уездного предводителя дворянства), оп. 1929, 1892 г. д. 2, л. 2.
7.Там же, ф. 1822 (Комитета Нижегородского ополчения 1812 г.), оп. 3, д. 6, л. 10.
8.Там же, oп. 1, д. 1, л. 97.
9.Там же, оп. 3, д. 6, л. 10.
10.Апухтин В. Р. Нижегородское дворянское ополчение 1812—1814 гг. М. 1912, с. 55.
11.ГАГО, ф. 1830, оп. 817а, д. 4, л. 21,
12.Там же, ф. 1822, oп. 1, д. 185, л. 35.
13.Там же, ф. 1830, оп. 817, д. 4, л. 22.
14.Там же, ф. 639, оп. 124, д. 3101, л. 27об., 44 об.
14.Там же, л. 27 об.
16.Там же, ф. 1830, оп. 817а, д.4, л. 25.
17.«Земледельческая газета», 1841, 24 янв.


В. В. НИЯКИЙ

Записки краеведов. Горький, Волго-Вятское кн. изд-во, 1977.

 

 
Официальный сайт Бутурлинского района Нижегородской области